Симфония № 5 Бетховена, дирижирует Клаудио Аббадо
Берлинский филармонический оркестр
Состав
О программе
Симфония № 5: стук судьбы в дверь
Пятая симфония до минор, соч. 67 Бетховена, пожалуй, самое знаменитое произведение западной классической музыки из когда-либо созданных, представляет собой одно из наиболее чистых воплощений личности Бетховена-композитора. Он начал работу над Пятой в 1805 году и завершил её в 1808-м, одновременно с Шестой симфонией «Пасторальной». Обе впервые прозвучали вечером 22 декабря 1808 года в Вене. Непреходящая слава Пятой симфонии, возможно, хотя бы отчасти объясняется её знаковыми, мгновенно узнаваемыми первыми четырьмя нотами — четырьмя очень простыми нотами, которые Бетховен описывал как «судьба стучится в дверь» и из которых рождается вся симфония. Словами наших предшественников: «Это поистине великое произведение! Оно совершенно безумно!» (Гёте). «В высшей степени оно выражает романтизм в музыке, романтизм, открывающий бесконечное». (Э. Т. А. Гофман)
«С Бетховеном никогда не перестаёшь учиться»…
…утверждал великий Клаудио Аббадо, всегда находивший в симфониях боннского мастера (1770–1827) нечто новое, что можно было выявить. Хотя Аббадо в течение пятнадцати лет был руководителем миланского театра Ла Скала, что принесло ему репутацию выдающегося оперного дирижёра, он также прекрасно знал немецкий и венский репертуар, изучая его в Вене у Ханса Сваровски. В австрийской столице молодой Аббадо также пел в хорах, а значит, участвовал в репетициях, которыми руководили великие дирижёры того времени: Бруно Вальтер, Джордж Селл и Герберт фон Караян.
В двадцать семь лет он дебютировал как дирижёр в миланском театре Ла Скала, выступив по случаю трёхсотлетия Алессандро Скарлатти. После завоевания Первой премии на конкурсе Митропулоса в Нью-Йорке Аббадо был приглашён Караяном дирижировать в Зальцбурге, а затем дебютировал с Венским филармоническим оркестром, исполнив Вторую симфонию Малера «Воскресение». С тем же оркестром он записал свой первый полный цикл симфоний Бетховена в 1985–1988 годах. Хотя его отношения с венским коллективом переживали взлёты и падения, его связь с Берлинским филармоническим оркестром, начавшаяся в 1966 году, с годами лишь крепла. В 1989 году он сменил Караяна во главе этого престижного коллектива и занимал эту должность до 2002 года. С берлинскими музыкантами он сделал вторую запись полного цикла симфоний Бетховена в 2000 году, а затем продирижировал ими в Национальной академии Санта-Чечилия в Риме в начале 2001 года. Именно к этой памятной серии концертов, исполненной перед восторженной римской публикой, мы здесь возвращаемся (за исключением Девятой симфонии, снятой в Берлине).
Эти монументальные произведения, к которым маэстро Аббадо не переставал возвращаться, были написаны Бетховеном менее чем за четверть века, с 1799 по 1823 год — период, который, тем не менее, охватывает большую часть жизни композитора: Первая симфония появилась, когда ему был 31 год, а Девятая — в 54. Масштабные, эпохальные свершения Бетховена положили конец эре плодовитых симфонистов вроде Гайдна, сочинившего около ста симфоний: отныне для выдающихся композиторов стало обычным ограничиваться примерно десятью симфониями, каждая из которых отмечена собственной индивидуальностью.
Хотя симфонии Людвига ван Бетховена возвышаются над всем каноном западной музыки, они остаются знакомыми и сразу доступными большинству слушателей — замечательный пример высокого искусства, обращённого к широкой аудитории. Их уникальный статус помогает объяснить, почему они столь широко использовались как в политических целях ( «Ода к радости» из Девятой симфонии является официальным гимном Европейского союза), так и в коммерческих (в бесчисленных рекламных роликах), а также в кино («Заводной апельсин» или «Король говорит!», среди множества других фильмов).
Как символы свободы и утверждения художественной независимости, симфонии Бетховена принадлежат к числу наиболее полных и волнующих душу выражений веры в достоинство человека, узнающего себя в каждой из них. Именно так Аббадо дирижирует этими неподвластными времени произведениями: с величием, которое ставит неизреченное и возвышенное выше лёгкого удовольствия. А благодаря невероятной звучности, которую дирижёр извлекает из легендарного Берлинского филармонического оркестра, сама красота становится победой не только возвышенной, но и глубоко человечной.






